Эксклюзив
08 августа 2011
6735

Владимир Спасибо: История самолета-танка

Разноголосица

Историк советской авиации В. Шумихин опубликовал в 1986 году монографию, в которой утверждал, что в советских ВВС не существовало самолета, предназначенного для тесного взаимодействия с сухопутными войсками, подобного пикирующему бомбардировщику Ju-87. Почти за 20 лет до того авторы книги "Авиация и космонавтика СССР" назвали Ил-2 единственным в мире самолетом сопровождения пехоты. А М. Галлай, летчик, испытатель, писатель характеризовал Ил-2 как едва ли не самый эффективный и боеспособный самолет второй мировой войны. Но, оказывается, о нем шли долгие споры, высказывались сомнения в целесообразности серийного производства. И только лишь блестящие результаты боевого применения Ил-2 во время войны заставили спешно налаживать его массовое производство.

В статье создателя самолета С.Ильюшина, опубликованной к 30-летию с момента начала проектирования Ил-2, также можно прочесть, что многие специалисты не поняли значения первого в мире бронированного штурмовика с мощным пулеметно-пушечным и реактивным вооружением и значительным бомбовым залпом.
А. возможно, не столь уж неправы были тогда "многие специалисты"? И не было никакого штурмовика с мощным пулеметно-пушечным и реактивным вооружением и значительным бомбовым залпом...

Муки рождения

27 января 1938 года С.Ильюшин, тогда начальник 1 ГУ НКОП (по совместительству Главный конструктор завода N 39), направил руководству страны докладную записку с предложением создать бронированный штурмовик, способный повысить наступательные способности штурмовой авиации, сделав ее могущей наносить сокрушительные удары по врагу без потерь или с очень малыми потерями с ее стороны.

Правда, в приложении к записке указывалось, что штурмовик будет вооружен 4 пулеметами ШКАС в крыле для стрельбы вперед, 1 пулеметом ШКАС на турели для стрельбы назад. С бомбовой нагрузкой до 250 кг. Такое вот всесокрушение.
5 мая 1938 года утвердили план опытного самолетостроения на 1938-39 годы, согласно которого предусматривалась постройка двухместного одномоторного бронированного штурмовика БШ-2, вооруженного двумя ШКАС и двумя крупнокалиберными пулеметами для стрельбы вперед, спаркой ШКАС для стрельбы назад. Емкостью бомбодержателей до 300 кг.

Особенностью самолета стала передняя часть фюзеляжа из стальных броневых листов толщиной 4-7 мм (за исключением верха из алюминиевых 5-мм листов). Крылья металлические, хвостовая часть фюзеляжа деревянная.

Спустя два года на заседании Технического совета НИИ ВВС (7 мая 1940 года) Ильюшину предложили установить на самолет две 23-мм пушки МП-6. Правда, когда испытали самолет с пушками, выяснилась неприятность - патронная обойма заклинивалась воздушным потоком. Когда установили обтекатели на консоли крыла, заклинивание прекратилось. Правда, обтекатели пушек ухудшили аэродинамику и маневренность машины. В итоге остановились на варианте двух крыльевых 20-мм ШВАК. А также двух ШКАС, 8 РС-132 (или РС-82). Бомбовая нагрузка - 400 кг (в перегрузку - 600).

В серию с марта 1941 года самолет пошел одноместным. Установили козырек фонаря кабины летчика из прозрачной брони К-4. Прозрачную броню установили также и за головой летчика.

Общий вес бронедеталей - 780 кг.

В августе 1941 года началось производство первых серий с пушками ВЯ-23, которые полностью вытеснили ШВАК в начале 1942 года. А также вернулись к первоначальной деревянной задней части фюзеляжа (на первых сериях была металлическая). Перешли к изготовлению из дерева внутренней части крыльев. Вместо броневого стекла за пилотом установили броневую плиту с вырезами.

Тактика

К июлю 1941 года Ил-2 было вооружено несколько авиаполков. 430-й шап (Западный фронт) был сформирован из летчиков-испытателей НИИ ВВС для изучения боевых возможностей бронированного штурмовика и определения тактики его боевого применения. Фактически никто не знал, что с ним делать. Только (!) в 1942 году стали появляться соответствующие инструкции и наставления.

В начале войны состав групп Ил-2 в среднем не превышал 3-5 самолетов. Атака цели производилась одиночными самолетами с использованием в одном заходе всего арсенала вооружения с высоты от 5-25 м до 150-200 м, в зависимости от калибра авиабомб и замедления взрывателей. Подход к цели производился на бреющем полете, с выполнением "горки" перед целью для атаки с высоты 150-200 м. Уход от цели после атаки также осуществлялся на бреющем полете. После выхода за пределы зоны зенитного огня ПВО противника ведущим группы снижалась скорость и увеличивалась высота полета.

Для действий по мотомеханизированным и танковым колоннам Ил-2 в июле-августе 1941 года совершили 54% боевых вылетов, по скоплениям войск и переправам - 17%, по целям на поле боя (огневые точки, артиллерийские батареи на позициях) - около 16%, по аэродромам противника - 6% и остальные 7% - на ведение разведки, удары по ж.д. составам и т.д.

Мотомеханизированные и танковые колонны атаковали с бреющего полета вдоль колонны или под углом 15-20° к ее длинной стороне. Дальность открытия огня - 500-600 м. Прицеливание с пристрелкой трассирующими пулями ШКАС. Затем огонь из пушек и PC. Сброс авиабомб.

Наилучшие результаты достигались при использовании авиабомб ФАБ-100, при разрыве которых на расстоянии 1-5 м от танка осколки пробивали броню средних танков, от взрывной волны разрушались заклепочные и сварные швы танков. Авиабомбы АО-25с и АО-25м, ФАБ-50, ФАБ-50м обеспечивали поражение легких танков при разрыве в непосредственной близости (0,5-1 м) или же при прямом попадании. Однако преимущество авиабомб реализовывалось лишь при сбрасывании с высот не менее 300-500 м с взрывателями мгновенного действия, что противоречило тактике боевого применения Ил-2 в этот период. Применение ФАБ-100 с бреющего полета было возможно лишь с использованием взрывателя замедленного действия, что резко снижало эффективность поражения подвижных целей.

Тактика действий Ил-2 не позволяла пользоваться прицелом ПБП-1б для бомбометания в горизонтальном полете (или на планировании до 5°) на высотах более 25 м из-за ограничения поля зрения капотом мотора. При меньших высотах применение прицела затруднялось тем, что внимание летчика было сосредоточено в основном на наблюдении за землей. Прицел, установленный в кабине перед бронекозырьком, мешал обзору передней полусферы, и был травмоопасен. В итоге прицелы поснимали.
Пришлось перейти на ВВ-1 (визир Васильева), представлявший собой прицельную сетку на лобовом стекле фонаря кабины, мушку перед кабиной и четыре белых линии на капоте двигателя. Это было достаточно неудобно в использовании и не обеспечивало требуемой точности бомбометания. Так, в полигонных условиях с горизонтального полета по нанесенным меткам на бронекозырьке летчика и капоте мотора при одиночном сбрасывании авиабомб и серией из четырех ФАБ-50 при скорости полета 330-360 км/ч вероятность попадания авиабомбы в полосу 20х100 м с высоты 50 м в среднем равнялась 0,035 и 0,08 для одиночного и серийного бомбометания соответственно. При увеличении высоты бомбометания до 200 м вероятность попадания бомбы в полосу уменьшалась до 0,023 и 0,043 соответственно. Естественно, в боевых условиях точность бомбометания была еще хуже. Бомбометание приобретало чисто психологический смысл.

В итоге оперативное управление ГШ ВВС при расчете норм боевых возможностей Ил-2 для действий по танкам в боевых порядках на поле боя установило, что для поражения одного легкого танка необходимо высылать наряд в 4-5 самолетов Ил-2, а для поражения среднего - 12-15 Ил-2.

Фактически надо было угробить два самолета, чтобы уничтожить один танк!
С августа 1942 года ВВ-1 был дополнен ВМШ-2 (временной механизм штурмовика), обеспечивавшим сброс бомб с горизонтального полета, когда цель была закрыта фюзеляжем самолета. К модернизированному прицелу ПБП-16 вернулись только в 1944 году.

Стрельба из пушек характеризовалась низкой точностью и представляла собой бесцельную трату боеприпасов без ущерба для противника. При атаке колонны из танков, автомашин и пехоты общей длиной около 600 м три боевых летчика в полигонных условиях смогли добиться всего 9 пулевых попаданий в танк при общем расходе боеприпасов в 300 снарядов ШВАК и 1290 патронов ШКАС. Стрельба с прицеливанием по отдельному танку из состава колонны в тех же условиях атак обеспечила в трех вылетах при общем расходе 553 снарядов только 20 попаданий в колонну танков, из них 6 попаданий в танк точки наводки, остальные - в другие танки из состава колонны. То есть попасть было практически невозможно!

Да и толку от этих столь редких попаданий не было. Снаряд БЗ-20 пушки ШВАК мог пробить броню из хромомолибденовой стали толщиной до 15 мм при углах встречи близких к нормали с дистанции не более 250-300 м. Из пушек ВЯ-23 при стрельбе на полигоне снарядом БЗ-23 под углами планирования до 30° удавалось поразить легкие танки при попадании снаряда в борт и заднюю часть с дистанции 300-400 м. Поражение крыши башен танков обеспечивалось при углах пикирования более 40°, достичь которых было практически невозможно.

Из 53 попаданий 23-мм снарядом в танки при выполнении 15 (!!!) самолето-вылетов в 16 случаях получено сквозное пробитие, в 10 случаях - вмятины в броне и рикошеты. Остальные попадания - в ходовую часть. Все сквозные пробоины пришлись на атаки под углом планирования 5-10° (высота подхода 100 м, дистанция открытия огня 300-400 м). Лобовая броня при атаке с воздуха не пробивалась.

Средние танки снарядами БЗ-23 не поражались ни с одного направления атаки. Полигонные стрельбы показали, что поражение средних танков можно было обеспечить только с неосуществимого пикирования под углами более 40° с дальностей 300-400 м.

Выяснилось, что более или менее эффективна стрельба с планирования под углом 25-30° при высоте ввода 500-700 м и скорости ввода 240-220 км/ч (высота вывода - 200-150 м).

Полное время атаки цели - до 9 сек, что позволяло летчику сделать две-три прицельные очереди длиной не более 1-2 сек (иначе росло рассеивание снарядов). Дальность начала прицеливания по танку - 600-800 м, минимальная дистанция открытия огня - 300-400 м.

То есть ни о каком "бреющем" полете речи уже быть не могло. Не случайно в конце декабря 1941 года на 1-й Военно-технической конференции в Куйбышеве было высказано предложение о необходимости перехода к действиям Ил-2 со средних высот с пикирования (25-30?) из боевого порядка "круг самолетов".

Командование ВВС в директиве от 22 августа 1942 года признало - после года с лишним войны - что действия штурмовиков с "бреющего" полета не позволяют полностью использовать ударную мощь Ил-2. Подобная тактика ограничивает боевые возможности самолета. Снижается точность бомбометания из-за рикошетирования бомб. Не оправдал себя расчет на повышение живучести машины только за счет бронирования и полетов на малой высоте. Рекомендовалось увеличить высоты бомбометания, освоить атаки с пикирования и новые боевые порядки.

В итоге Ил-2 оформился в легкий тактический бомбардировщик, для действий по скоплениям техники и живой силы на марше, в местах сосредоточения в ближнем и среднем тылу, реже - по передовым позициям (точность бомбометания невысока для работы по точечным целям), со скромным бомбовым вооружением.

Полная бомбовая нагрузка достигала 600 кг (еще 600 кг - топливо и масло, 327 кг - вооружение, стрелковое и ракетное, и пилот). Но при действиях с полевых аэродромов нельзя было поднимать одновременно 8 ракет и полную бомбовую нагрузку. Сталин же в приказах требовал, что бы штурмовики брали 600 кг бомб, 8 ракет и полный боекомплект для пушек и пулеметов.

В сумме это составляло около 790 кг боевой нагрузки. К моменту выхода первого такого приказа (в мае 1942 года и позднее) пилоты брали не более 400 кг бомб (всего около 590 кг боевой нагрузки), многие летали с 200 кг бомб, а иногда ограничивались только ракетами, не беря бомб вообще.

Но это означает, что самолет был абсолютно неэффективен как штурмовик!
К весне 1943 года Ил-2 мог бороться, применяя пушечное вооружение, лишь с бронемашинами, бронетранспортерами, САУ и противотанковыми СУ на базе легких танков.

Стремление усилить противотанковую мощь Ил-2, его эффективность при атаках точечных защищенных целей повлекло оснащение штурмовика в 1942 году бронебойными реактивными снарядами.

Но полигонные стрельбы штатными снарядами PC-82 и PC-132, опыт их боевого применения показали недостаточную эффективность этого вида оружия при действии по малоразмерным целям ввиду большого рассеивания. Средний процент попаданий PC-82 в танк точки наводки при стрельбе с дистанции 400-500 м по отчету составил 1,1%, в колонну танков - 3,7%, при этом из 186 выпущенных снарядов было получено всего 7 прямых попаданий. Высота подхода к цели - 100 м и 400 м, углы планирования - 5-10° и 30° соответственно, дальность прицеливания - 800 м. Результаты стрельб PC-132 были еще хуже.

При этом PC-82 и РС-132 могли поразить легкий танк только при прямом попадании.

Попытки исправить положение

Еще весной 1941 года Ильюшин получил задание на постройку самолета с пушками ШФК-37 (Шпитальный фюзеляжно-крыльевая калибра 37 мм). Большие габаритные размеры пушек и магазинное питание определили их размещение в обтекателях под крылом. Помимо пушек и пулеметов, в состав вооружения штурмовика входили 8 РО-82. Бомбы только в перегрузку - до 200 кг.

Госиспытания показали, что пушечный штурмовик стал более инертным и сложным в технике пилотирования. Снаряд БЗТ-37 обеспечивал поражение легких танков с дистанций до 500 м с любого направления и при любых углах планирования. Поражение средних танков обеспечивалось с дистанций не более 500 м, углах планирования не более 30°, при атаках по борту или по задней части корпуса и башни танков. 50% попаданий в средний танк и 70% попаданий в легкий выводили их из строя.

Но прицельная стрельба из ШФК-37 была крайне затруднена вследствие сильной отдачи при стрельбе и несинхронности выстрелов. Из-за большого разноса пушек относительно центра масс самолета, недостаточной жесткости крепления пушечной установки самолет при стрельбе сбивался с линии прицеливания. Стрельба из одной пушки была просто невозможна - самолет разворачивался в сторону стреляющей пушки так, что ввести поправку в прицеливание не представлялось возможным.

Несмотря на это Ильюшин 22 сентября 1941 года направляет Сталину письмо о результатах госиспытаний в НИПАВ ГУ ВВС с поразительными для технического специалиста перлами: "Стрельба с самолета Ил-2 из этих пушек производит сильное впечатление мощностью огня и точностью попадания. Это уже настоящая летающая артиллерия. ...Достоинство самолета Ил-2 с установленными пушками состоит в том, что можно будет вести с самолета прицельную, очень точную стрельбу, и к тому же стрельбу начинать с дистанции 3-х и более километров, когда вражеские войска нашего самолета не видят и не слышат...".

Мало того, что ложь. Так еще и какая-то безрассудная.

На самом деле в боевых условиях опытный летчик на Ил-2 с ШФК-37 мог обеспечить вероятность поражения танка типа Pz.III G в одном заходе (атака сбоку, угол планирования 25-30°, дистанция открытия огня 300-400 м) 0,04-0,02, а бронетранспортера типа Sd Kfz 250 - около 0,09-0,06. То есть для гарантированного уничтожения на поле боя одной единицы бронетехники необходимо было выделять, как минимум, два десятка "Илов".

Которые должны были атаковать с короткой дистанции под плотным зенитным огнем.
26 ноября 1941 года выходит Постановление ГКО о постройке на заводе N 18 войсковой серии Ил-2 с ШФК-37 в количестве 20 машин, постройка которой затянулась аж до сентября 1942 года. Так они были нужны!

Вдобавок выяснилось, что для серийного производства пушка сложна, и конструкция ее неотработана. В итоге за весь 1942 год было выпущено всего 196 ШФК-37.
Во второй половине 1942 года на Ижмаше параллельно выпускались 37-мм пушки Шпитального и Нудельмана. НС-37 приняли на вооружение в декабре 1942 года, а ШФК-37 сняли с производства.

В 1942 году выпущено 40 НС-37, в 1943 - 1880 моторных (для Як-9Т) и 2849 крыльевых (для Ил-2). В 1944 году - 890 моторных и 197 крыльевых. В 1945 году - 977.

Постановление ГКО от 8 апреля 1943 года обязывало завод N 30 выпускать штурмовики с двумя НС-37, без реактивных снарядов, с бомбовой нагрузкой 100 кг в нормальном варианте и 200 кг в перегрузочном. В мае месяце - 50, в июне - 125, в июле - 175. С августа полностью перейти на выпуск самолетов с крупнокалиберными авиапушками.

При полетном весе 6277 кг штурмовик по сравнению с серийным стал более инертным, сложным на вираже и боевом развороте. Мощная отдача пушки при стрельбе создавала проблемы при пилотировании и прицеливании. Полигонные испытания показали, что стрельбу необходимо вести очередями из 2-3-х выстрелов. Как и в случае с ШФК-37, при стрельбе одновременно из двух пушек самолет сбивался с линии прицеливания. При стрельбе из одной пушки попадание в цель было возможно только первым выстрелом.

В акте по войсковым испытаниям рекомендовалось потребовать от Ильюшина, Нудельмана и Суранова установить на Ил-2 оснащенные дульным тормозом 37-мм авиапушки и в этом виде предъявить самолет на повторные войсковые испытания.
Не успел завод N30 перейти полностью на выпуск машин с НС-37, как ГКО 12 ноября 1943 года постановил прекратить их выпуск. С января 1944 года авиазаводы выпускали Ил-2 только с ВЯ-23.

А между тем 20 августа 1943 года приказом НКАП Ильюшину дано задание к 5 октября 1943 года построить и предъявить на испытания самолет с двумя пушками калибра 45 мм конструкции ОКБ-16 (в серии НС-45). Вполне ожидаемо испытания Ил-2 с НС-45 показали низкую эффективность стрельбы в воздухе по малоразмерным целям из-за сильной отдачи. В результате было принято решение машину в серию не запускать. Позже для уменьшения отдачи при стрельбе ствол НС-45 был снабжен дульным тормозом, поглощавшим до 85% энергии отдачи пушки. Был установлен дульный тормоз и на пушку НС-37. Однако попыток установки таких пушек на Ил-2 не делалось.

Германский опыт

В люфтваффе 37-мм пушки впервые применили на Ju 87G-1, переделке типа D-5 под две ВК 3,7. Вместе с магазинами на 12 снарядов они крепились под крылом сразу за стойками шасси.

Проблемы были те же, что и на Ил-2 - сильная отдача пушек, их разнесение относительно центра масс. Отсюда сильный пикирующий момент, раскачка самолета в продольной плоскости при стрельбе. Фактически прицельным мог быть только первый выстрел.

Подкалиберный снаряд к ВК 3.7 с начальной скоростью около 1170 м/ с дистанции до 400 м мог пробить советскую танковую броню толщиной до 52 мм по нормали.
В реальных боевых условиях вероятность поражения танка Т-34-76 в одном заходе при стрельбе подкалиберными снарядами из пушек ВК 3.7 (атака сбоку, угол планирования 5-10? дистанция открытия огня 300-400 м) не превышала 0,02-0,03.
Поэтому Ju 87G-1, 2 выпушено всего чуть более 300 машин.

Пушечные противотанковые штурмовики уступали бомбовым. Так, в качестве штурмовика, истребителя-бомбардировщика широко использовался FW-190. В 1942 году у версии А5/UЗ (две синхронные центропланные пушки МГ151/20, два синхронных, на двигателе, пулемета МГ-17) бомбовая нагрузка достигала 1000 кг. В 1943 году у А5/U11 к центропланным пушкам добавились две 30-мм подкрыльевые МК-103 для штурмовки площадных целей. Кроме 500 кг бомб мог нести два 280-мм реактивных снаряда (А8/РЗ в том же году помимо 500 кг бомб имел две подвески по три 280-мм реактивных снаряда в трубчатых направляющих).

В 1944 году помимо серий А6, А8 выпускались серии F, G. Скажем, у F-2 на двигателе стояли два синхронных крупнокалиберных пулемета МG-131, две центропланных и две крыльевых МG-151/20. 0бщая масса секундного залпа - 7196 г/сек против 4416 г/сек у Ил-2. Огонь был эффективен только по слабозащищенным целям. Главное - это 900 кг бомб, реактивные снаряды. У FW-190GЗ бомбовая нагрузка достигала 1800 кг при двух синхронных МG17 и двух синхронных МG151/20.
Стандартная взлетная масса машины 4400 кг, максимальная с бомбовой нагрузкой - 4950 кг.

FW-190 имели неплохое бронирование. От лобовых атак пилот защищался звездообразным двигателем воздушного охлаждения и установленным в переднем окне козырька пулестойким 50-мм стеклом. Кольцевой маслорадиатор в носовой части двигателя прикрывался 5-мм передним кольцом капота и броневым колпаком. Сзади пилот защищался 12-мм заголовником на подвижном колпаке фонаря, бронеспинкой кресла (8 мм), бронеперегородкой. Бронезащиту (ее вес на FW 190A-4 достигал 110 кг) усилили за счет 16 дополнительных плит общим весом 200 кг, смонтированных в нижних частях центроплана и мотора.

Неким аналогом Ил-2 в части конструкции и эффективности применения можно назвать Хш-129В, первый серийный экземпляр которого покинул сборочный цех 21 декабря 1941 года

Хотя еще в апреле 1937 года техническое управление министерства авиации Германии разработало концепцию бронированного штурмовика для действий против бронетехники и полевых укреплений. Задание предусматривало создание одноместной машины с минимальными геометрическими размерами, двумя моторами, двумя 20-мм пушками, двумя пулеметами.

Моторы и карбюраторы моторов снизу были прикрыты броневыми плитами толщиной 5 мм. Позади каждого мотора устанавливалась 5-мм бронеперегородка. Спереди и сверху моторы не бронировались.

Бронекабина сварная из стальных листов толщиной от 6 миллиметров (верх и борта) до 12 (днище, передняя и задняя стенки). Броней защищались отсек для боеприпасов, охладитель масла. Общая масса брони - 1080 кг. Масса бронекабины с сиденьем - 469 кг. Лобовое бронестекло толщиной 75 миллиметров.

Летчики-испытатели оценивали новый самолет негативно по причине крайне тесной и узкой бронекабины. В бронекапсуле не поместилась приборная доска с полным комплектом приборов. Поэтому приборы контроля за работой двигателей разместили на мотогондолах. Коллиматорный прицел "Реви" заключили в специальный бронированный кожух и поместили на фюзеляж перед лобовым бронестеклом. Кроме тесноты отмечался плохой боковой обзор и чрезмерные нагрузки на органах управления, затруднявшие пилотирование и сильно утомлявшие пилота.
Самолет мог нести до 100 кг осколочных и кумулятивных бомб на подвеске. Максимально (в перегрузку) - до 350 кг (четыре 50-кг на бомбодержателях типа ЕТС50 под фюзеляжем, две 50-кг на ЕТС50 под консолями крыла и 25x2 кг в фюзеляжном бомбовом отсеке). На ЕТС50 под консолями крыла имелась возможность подвески двух контейнеров на 24 противопехотные 2-кг бомбы SD2 каждый. Использовали в бою и противотанковые кумулятивные авиабомбы SD4. А также реактивные снаряды калибров 55, 75, 210 и 280 мм.

Пушка MG 151/20 бронебойным снарядом поражала надмоторную броню и броню крыши средних и тяжелых танков при углах пикирования не менее 50?. Угол же пикирования Hs-l29B ограничивался 30°. Более эффективными могли быть атаки по бронемашинам всех типов, бортовая броня которых не превышала 10 мм, автомашинам и другим небронированным целям. Вероятность поражения танков с использованием бомбового вооружения как с горизонтального полета, так и на выходе из пикирования под углами 25-30°, была небольшой (как и на Ил-2).

Летом 1942 года заменили пулеметы на крупнокалиберные МG131 и добавили 30-мм МК-103 под фюзеляжем. 27 мая 1942 года при практических стрельбах по танку КВ-1 за 12 самолето-вылетов при атаках с планированием под углами 10-30° с дистанций 400-800 м не было достигнуто ни одного (!) попадания из пушки МК101. При уменьшении дистанция стрельбы до 300-500 м удалось при расходе 94 снарядов получить 12 попаданий в КВ-1. Без пробития брони.

В итоге пушки МК101 во многих случаях были демонтированы, а вместо них установлены подфюзеляжные бомбодержатели ЕТС50. В качестве основных причин такого решения указывались недостаточная надежность автоматики пушки МК101, недостатки в ее размещении на самолете, низкая эффективность в бою. По мнению боевых летчиков, стрельба в воздухе по советским танкам из МК101 была совершенно неэффективна, а бомбовая нагрузка в 100 кг бесполезна при любой номенклатуре бомб.

На один потерянный в бою Hs-129B-1 летом 1942 года приходилось около 20 боевых вылетов. Живучесть Ил-2 в это же время составляла примерно 15-17 боевых самолето-вылетов на одну потерю.

В конце сентября 1944 года постройка машин прекратилась. Всего серийный выпуск составил 871 экземпляр. Это совсем немного в сравнении с Ju-87, FW-190.
Таблица
Производство самолетов непосредственной поддержки
Самолет 1937-38 1939 1940 1941 1942 1943 1944 1945
Ju-87 395 557 661 476 917 1844 1012
FW-190, и-б 68 1183 4279 1104
Ме-110 и-б 75 190 79 150
Hs-129 7 221 411 202
Всего в Германии 395 557 736 673 1285 3288 5593 1104
Ил-2 1061 7654 11254 10297 3644


Спасение

Основным средством борьбы с танками стала авиационная бомба кумулятивного действия ПТАБ-2,5-1,5. О том, насколько важной была эта проблема, говорит сама история создания и принятия ее на вооружение. Сталин при первых же сообщениях о возможности появления подобного оружия в нашей армии поставил разработчиков в такие временные рамки, что буквально через месяц развернулось массовое производство бомб. Следует заметить, что в германской авиации кумулятивные бомбы имелись уже в 1942 году. Главный конструктор ЦКБ-22 И.Ларионов за создание бомбы и взрывателя к ней в январе 1944 года награжден орденом Ленина, а в 1946 году получил Сталинскую премию.

Первое применение - в боях на Кубанском полуострове в конце мая, начале июня 1943 года. Широкое распространение получили во время Курской битвы.
В бомбовую зарядку входило до 192 ПТАБ-2,5-1,5 в 4-х кассетах или до 220 штук при их размещении навалом в 4-х бомбоотсеках.
Минимальная высота, обеспечивающая выравнивание бомбы до встречи с поверхностью брони танка и безотказность ее действия, составляла 70 м. При сбрасывании с высоты 200 м с горизонтального полета при скорости 340-360 км/ч одна бомба попадала в площадь в среднем 15 м2, при этом, в зависимости от бомбовой загрузки, общая область разрывов занимала полосу 15х(190-210) м, что обеспечивало практически гарантированное поражение находящегося в этой полосе любого танка.

Атака при использовании ПТАБ требовала хорошего расчета и летного мастерства. Не располагая прицелом соответствующего качества, летчик должен был пролететь над целью на высоте 80-100 м и сбросить бомбы в строго определенный момент. Несоблюдение наименьшей высоты и точного прицела приводило к очень сильному разлету бомб.

Попытки развития

Ил-2 несли большие потери в начальный период войны. Истребители подходили к одноместному Ил-2 на дистанции до 40-50 м и вели огонь из всего стрелково-пушечного вооружения, стараясь поразить мотор или летчика. Обследование 184 бронекорпусов одноместных самолетов Ил-2 зимой 1942-весной 1943 года на разделочные базы НКАП показало, что 71% попаданий в бронекорпуса, относящиеся к поражению от истребителей, приходились на долю поперечной бронеплиты, 29% - на продольную броню, причем подавляющее число попаданий соответствовало атакам истребителей противника почти строго в хвост.

Бронекороб не спасал от действия 20-мм снарядов авиационных пушек и крупнокалиберных пулеметов. Для вывода штурмовика из строя было достаточно одного попадания 20-мм фугасного снаряда в любую часть мотора с дальности не более 600 м; передний или задний бензобак; верхнюю часть бронекабины.
Штурмовая авиация совершила за войну 17,2 % общего количества самолетовылетов по всей советской авиации, а истребительная - 47%. В то же время боевые санитарные потери (пораженные в бою и больные, поступившие в медицинские учреждения) в штурмовой авиации составили 39,3% от санитарных потерь в авиации, а безвозвратные (пропавшие без вести, убитые, пленные) - 35,4%. Следовательно, в каждом самолето-вылете штурмовика вероятность гибели, ранения по-меньшей мере вдвое превосходила средний уровень по авиации.

Много хлопот доставляла насыщенная германская зенитная артиллерия. Малокалиберная автоматическая, позиции которой размещались на удалении 1-2 км от переднего края, атаковала штурмовики при проходе над огневыми позициями, при пикировании и выходе из него, в хвост уходящим самолётам. Артиллерия средних калибров, напротив, открывала огонь с предельных дистанций (до 8 км) и основной ущерб наносила первым залпом. Поэтому над полем боя использовался противозенитный маневр и подавление зенитных позиций, как с воздуха, так и наземной артиллерией. В глубине вражеской обороны приходилось выполнять полет на малых высотах, в обход опасных районов.

Безвозвратные потери Ил-2 во второй половине войны составляли 2,8% от общего числа вылетов, а боевые повреждения - 50%. Из числа поврежденных самолетов 8% производили вынужденную посадку из-за ранения пилота или отказа двигателя. Из вернувшихся поврежденных самолетов каждый десятый списывался. Получается, что вероятность потери Ил-2 при боевом вылете составляла не менее 10%.
На долю осколков авиационных пушек в 1944 г. пришлось примерно 27 % огнестрельных ранений экипажей штурмовиков, зенитных - 57%, пулевых - 16 %. Штурмовики перешли на средние высоты, где подвергались интенсивному воздействию зенитной артиллерии.

Табл.
Распределение ранений летного состава штурмовой авиации 4 ВА в 1944 г.
Характер ранений Доля в %
Пулевые 13,1
Осколочные зенитные 48,1
Осколочные авиационные 21,3
Повреждения при авариях на взлете 1,1
Повреждения при посадке 6.1
Комбинированные повреждения 2.2
Ожоги 8.1

Ввиду больших потерь штурмовиков от истребителей в начале войны летный состав предлагал сделать самолеты двухместными. Однако на предложение военных летчиков об установке второй кабины для стрелка-радиста Ильюшин 12 февраля 1942 года направил Наркому авиапромышленности Шахурину письмо, в котором почему-то сообщил, что потерь от воздушного противника Ил-2 не имеет.

Но в том же феврале в письменном распоряжении Сталина Ильюшину указывалось на необходимость перейти на двухместный вариант без остановки конвейера.
С лета 1942 года в строевых частях в заднем отсеке Ил-2 вместо бензобака оборудовалось место для воздушного стрелка, вооруженного пулеметом ДА, ШКАС или УБТ. Всего подобным образом было переоборудовано около 1200 Ил-2. А в сентябре 1942 года в Куйбышеве полностью перешли на выпуск двухместного штурмовика.
Конструкторы остановились на крайне упрощенном решении. Вне бронекорпуса разместили стрелка, прикрытого со стороны хвостовой части тонкой 6-мм бронеплитой и вооруженного пулеметом УБТ. Масса возросла на 264 кг для пустого самолета и на 272 кг для подготовленного к вылету.

ГКО 5 октября 1942 года обязал НКАП внедрить в серийное производство на авиазаводах N 1, 18 и 30 двухместный Ил-2 с оборонительной установкой под пулемет УБТ, нормальной бомбовой нагрузкой в 300 кг (всего!) и 4 РС-82. Уже к концу октября заводы N 1 и 18 должны были выпустить по 70 двухместных Ил-2, а завод N 30 - 60 таких машин. В ноябре-декабре 1942 года авиазаводы должны были изготовить 1500 двухместных Ил-2.

Войсковые испытания двухместных вариантов Ил-2 постройки завода N 30 проводились с конца октября 1942 года по 25 января 1943 года на Калининском фронте. Летчики отмечали ухудшение продольной устойчивости штурмовика, а также увеличение скорости самолета на планировании, что затруднило ведение прицельного огня из стрелково-пушечного вооружения и введение боковых поправок в прицеливание. Большая инертность двухместного Ил-2 по сравнению с одноместным требовала большего внимания при пилотаже в составе группы, а также больших дистанций между самолетами в боевых порядках.
Кабина стрелка оказалась тесной и затрудняла его движения. Эффективность действий воздушных стрелков снижалась вследствие частых отказов (обрыв дульца гильзы и заклинивание автоматики) пулемета УБТ при стрельбе в воздухе. Стрельба очередью свыше 10 патронов не рекомендовалась по причине обязательного заклинивания пулемета.

Броневой лист толщиной 6 мм защищал только от пулеметного огня при атаках истребителей противника строго со стороны хвоста самолета и от осколков зенитных снарядов. Попадание в кабину стрелка фугасного 20-мм снаряда пушки MG-151/ 20 с дистанции 200-300 м приводило к поражению

Потери стрелков, так слабо защищенных, были в 7 раз большими, чем потери пилотов. Правда, подобная статистика свидетельствует о том, что даже если стрелок погибал, то самолет с пилотом возвращался на свой аэродром. Его не сбивали!

С зимы 1943 года отказались от части ракетного вооружения, чтобы уменьшить массу самолета и решить проблему полетов с полными бомбоотсеками (мог брать только четыре РС-82 или PC-132). Бомбовую нагрузку удалось довести до 600 кг, когда были отклонены отъемные части крыла назад (Ил-2М тип 3 стал основой штурмовых подразделении к середине 1944 года).
Возросла максимальная масса до 6360 кг, при собственной массе 4360 кг.
Германский Ju-87 D7 при взлетной массе 6600 кг (пустого - 3940 кг) развивал скорость до 400 км/час на высоте 4800 м. Крейсерская скорость - 300 км/час. Бомбовая нагрузка - до 1800 кг (стандартная - 1000 кг). Имел бронирование водо- и маслорадиаторов. Летчик сзади прикрыт бронеперегородкой, спинкой сиденья (толщиной 8 мм) и заголовником (12 мм). Бронеплиты с боков и снизу по 5мм, бронестекло. Стрелок защищен вертикальной 10-мм плитой с боковинами, 5-мм плитой в полу. Блистер пулеметной установки из 50-мм бронестекла в прочной раме, окантованной сталью.

Удалось оптимизировать бронекорпус только к середине 1944 года, на самолете Ил-10. Который решением ГКО от 23 августа 1944 года запущен в серийное производство на заводах NN1, 18.
За 1944 год оба предприятия должны были выпустить по 225 Ил-10.
В бронекорпусе разместили кабину стрелка. Наиболее поражаемые участки - нижние боковые стенки капота мотора и масло- и водорадиаторы - имели толщину 8 и 6 мм соответственно, вместо 4 мм ранее. До 5 мм (вместо прежних 6 мм) уменьшили толщину боковых листов кабин стрелка и пилота. Тоннели радиаторов со стороны заднего лонжерона стали прикрываться более тонкой 8-мм броней. Бронеспинку сиденья и подголовник пилота, а также бронеперегородку стрелка выполнили из двухслойной брони толщиной по 8 мм, с воздушной прослойкой. Она эффективно защищала от авиационных снарядов калибра 20 мм.

Стрелок остался незащищенным от огня сверху-сзади. В то же время 75% ранений приходилось именно на голову, лицо, верхние конечности, спину и живот. Остекление кабины было изготовлено из обычного авиационного, а не из бронестекла.
Общий вес металлической брони (с креплениями) на серийном самолете составил 994 кг против 1010 кг на Ил-2М. Здесь надо подчеркнуть - всю войну машина таскала на себе тонну брони, неся при этом очень большие потери, и всего лишь 400 (а то и 300), к концу войны - 600 кг бомб, то есть того, ради чего она и была нужна.
На Ил-10 вооружение фактически не изменилось - две ВЯ-23, два ШКАС, УБТ. Максимально 500 кг бомб (стандартно 400 кг) и четыре РО-82 либо PО-132.

Из-за увеличения скорости пикирования пилот в одном заходе не мог дать прицельно даже одну очередь продолжительностью 1-2 с. Это приводило к тому, что самолеты возвращались с неизрасходованным боезапасом - до трех четвертей снарядов и 80% патронов. Имелись претензии к бомбовому вооружению. После сброса бомб люки было трудно закрыть, так как требовалось усилие до 20 кг, тросы часто заедало и они обрывались. Это приводило к тому, что экипажи после сброса бомб зачастую продолжали выполнять атаки с открытыми люками. В результате самолет терял в маневренности, а створки бомболюков деформировались.

Ил-10 уступал Ил-2 по возможности размещения бомб малых калибров, наиболее важных для штурмовика. Временной механизм ВМШ-10 в боевых условиях оказался практически бесполезным, так как требовал длительного горизонтального полета без маневрирования.

Как же так проектировали?

Итак: вместо обещанного всесокрушающего и неуязвимого - самолет с низкой эффективностью вооружения, как пушечного, так и бомбового (низкая точность стрельбы и бомбометания, малая боевая нагрузка), большими потерями из-за неудачной конструкции бронекорпуса, плохой маневренности.

viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован